Вестник ЗОЖ   №6 (162), 2000 г.

 СТИЛЬ ЖИЗНИ

ЗОЛОТЫЕ РУКИ ХИРУРГА

Не зная паспортного возраста Федора Григорьевича, никогда не предположишь, что за его плечами без малого век. На вид ему никак нельзя дать более шес­тидесяти лет. Он легок, подвижен, эмоционален, жи­во откликается на все вопросы; от его худощавой фигуры в белом халате и шапочке исходит ощущение сдерживаемой энергии. Когда он поднимается из-за стола, возникает невольное чувство, что этот человек знает секрет вечной юности, настолько стремитель­ны, легки и точны его движения. Руки знаменитого хирурга напоминают руки музыканта или дирижера огромного оркестра, которому можно уподобить сло­жный человеческий организм.

«ЗОЖ»: Федор Григорьевич, какой у вас обыч­ный рабочий график?

УГЛОВ: Помимо привычной нагрузки на кафедре у меня по-прежнему два операционных дня в неделю. Кстати, буквально на днях мне пришлось делать опе­рацию на сердце совсем маленькой пятилетней де­вочке. Я счастлив, что она завершилась благополуч­но, и сейчас моя юная пациентка чувствует себя хорошо. Теперь я совершенно уверен, что она вырастет здоровой, сможет жить полноценной жизнью и во всем догонит своих сверстников.

«ЗОЖ»: Два раза в неделю вы проводите по 4–5 часов на ногах у операцион­ного стола, занимаясь работой, которая требует величайшего напряжения сил и внимания. Такое под силу далеко не каждому. Положа руку на сердце, от­ветьте: неужели вам не тяжело?

УГЛОВ: Конечно, я устаю, но вряд ли больше, чем уставал все эти годы. Я уверен, что именно желание трудиться и приносить пользу людям и поддерживает меня в форме. Стоит расслабиться — и энергия, силы могут уйти от меня. Честно говоря, представить самого себя сидящим в тапочках перед телевизором, вне своей профессиональной дея­тельности я попросту не могу. Думаю, что это было бы нелегко сделать и моим близ­ким, и всем, кто знает меня.

«ЗОЖ»: Федор Григорьевич, поделитесь своими секретами. Что помогает вам выработать трудовую энергию и выносливость — качества, абсолютно необхо­димые при вашей работе?

УГЛОВ: Как известно, привычки и основа характера обычно закладываются в детстве. Через всю свою жизнь я пронес чувство благодарности, любви и глубокого уважения к своей матери. Простая крестьянка, она отличалась высокой внутренней культурой, тре­бовательностью к себе и деятельной добротой к окружающим. Как-то раз она сказала мне: «Старайся делать как можно больше добра и не жди от людей немедленной благо­дарности». Все эти годы я стремился следовать материнскому принципу. Не гнался за славой и успехом, старался выполнять свою работу честно, добросовестно и помогать пациентам. В хирургии нет мелочей, нет пустяков. Здесь все серьезно, все опасно. От искусства врача зависит, сможет ли пациент жить нормальной жизнью или останется инвалидом. Поэтому хирург всегда обязан сделать все необходимое с такой же нежной заботой, как будто перед ним находится близкий и любимый человек. Я всегда откли­кался сердцем на человеческое несчастье; вероятно, поэтому Бог и до сих пор дает мне возможность заниматься делом, которому я служу все эти годы.

«ЗОЖ»: Какое место в вашей жизни занимает религия?

УГЛОВ: Я глубоко верующий человек и был воспитан в религиозной семье. Убежден, что без религии не может быть высокой нравственности и духовного здоровья. Именно потому, что, несмотря на все гонения, на нашей земле сохранились подлинно верую­щие люди, она еще жива. Православие — добрая вера, она несет свет человеколюбия и приучает к пониманию подлинных ценностей. Наша семья ходит в церковь, мы выпол­няем обряды и посты, исповедуемся, причащаемся... Именно религия поддерживает человека в трудную минуту, позволяя не утрачивать внутренний стержень, оставаться верным себе. Мы с женой и детей своих воспитывали в духе верности христианским обычаям.

«ЗОЖ»: Придерживаетесь ли вы определенной системы питания? Например, многие сейчас предпочитают отказаться от мясной пищи, пополняя ряды веге­тарианцев.

УГЛОВ: Я убежден, что в искусственных ограничениях нет необходимости, но твердо следую правилу: «Не переедать». В нашей семье чаще едят рыбу, чем мясо, избегают готовить первые блюда на мясном бульоне. Мы ограничиваем количество жира в раци­оне, растительное масло попадает на наш стол значительно чаще, чем сливочное. Предпочитаем простые блюда: постные щи, похлебку... Летом едим овощи и зелень со своего огорода, стараемся делать больше салатов, в том числе и с использованием ди­корастущих трав. Главный же принцип, повторяю, — не допускать излишеств и не пре­даваться чревоугодию. И к этому тоже в свое время приучила меня мать. Она считала, что не следует выходить из-за стола с переполненным желудком. В самом деле, объев­шемуся, отяжелевшему от обильной пищи человеку тяжело двигаться и почти невоз­можно работать.

«ЗОЖ»: Сейчас многие западные и отечественные специалисты призывают отказаться от молока и пшеницы или хотя бы ограничить количество этих про­дуктов в рационе. Что вы скажете по этому поводу?

УГЛОВ: Полагаю, что эти теории во многом надуманные. Человек тысячелетиями по­треблял молоко и зерновые, и вдруг оказывается, что именно они и ведут его к гибели. Разумеется, есть определенное количество людей, страдающих аллергией к этим про­дуктам питания, но стоит ли переносить проблемы на все человечество? Я вырос в Сибири, в семье, где, кроме меня, было еще пятеро детей, и если бы не корова, мы бы, возможно, не выжили. Недаром крестьяне называют ее кормилицей. И мы с женой под­няли своих детей благодаря коровьему молоку. Слава Богу, все выросли здоровыми. Сам я и до сих пор люблю молоко и потребляю его без всяких отрицательных послед­ствий для своего организма. Одним словом, я бы сказал так: водку пить нельзя, а мо­локо — пожалуйста!

«ЗОЖ»: Ваш коллега, известный хирург Николай Амосов считает, что для вы­носливости и работоспособности необходимо давать своему организму боль­шие физические нагрузки. А его ровесник Виктор Розов, прославленный дра­матург, напротив, признается, что не предпринимает особых усилий для борь­бы с обездвиженностью. Что вы думаете об этом?

УГЛОВ: Разумные физические нагрузки организму необходимы, чрезмерные же могут принести вред. Я стараюсь пройти остановку пешком до места работы, спуститься по лестнице вниз, не вызывая лифт... Однако подниматься на верхний этаж без лифта не стану: нагрузка на сердце слишком велика. Во всем необходимо соблюдать меру.

«ЗОЖ»: Сейчас вошло в моду посещение специальных тренажерных залов, где можно заниматься «накачкой» определенных групп мышц. Как вы отно­ситесь к этому веянию?

УГЛОВ: Думаю, что в этом нет настоятельной необходимости. Человеческому телу не обойтись без определенного количества движений; иначе его органы, образно выража­ясь, «заржавеют». Однако я сторонник простой и проверенной веками системы, при ко­торой движение должно стать частью повседневной жизни человека. При моей работе, сопряженной с немалыми физическими нагрузками, обездвиженность мне не грозит. Людям, вынужденно ведущим сидячий образ жизни, я бы посоветовал не пренебрегать физическим трудом: почаще делать уборку в доме, работать в саду, ухаживать за ком­натными растениями — одним словом, проявлять максимум активности. Такие виды повседневной деятельности, связанные с движением, не могут принести ничего, кроме пользы, в любом возрасте. И нет необходимости изобретать велосипед, даже если — уж простите мне эту игру слов — он стационарный и стоит в спортзале.

«ЗОЖ»: На Западе существует модный термин: «оптимальное здоровье». Что это такое, по вашему мнению?

УГЛОВ: Еще одно надуманное понятие. Здоровье либо есть, и тогда мы его не замеча­ем, как воздух, которым дышим, либо его нет, и тогда мы весьма остро ощущаем эту утрату.

«ЗОЖ»: В наше время многие увлекаются чистками, голоданием и тому подоб­ными процедурами. Прибегаете ли вы к таким способам, чтобы повысить воз­можности своего организма?

УГЛОВ: Если человеческий организм отравлен неправильным питанием, приемом алко­голя или наркотиков, потреблением никотина, то чистка, несомненно, может оказать неоценимую услугу. Однако куда разумнее попросту не вводить в него токсины, кото­рые затем придется удалять ценой немалых усилий. Не следует обзаводиться вредными привычками, последствия которых разрушают организм и укорачивают жизнь. Я никог­да не пил и не курил и не вижу необходимости прибегать к чисткам.

«ЗОЖ»: Федор Григорьевич, неужели вы ни разу в жизни даже не попробова­ли закурить?

УГЛОВ: Мне предлагали неоднократно: «Федор Григорьевич, у меня хорошие сигаре­ты, попробуйте!». Я отвечаю: «А если испорчу?». «Пожалуйста, мне не жалко». Беру сигарету, ломаю ее и выбрасываю в корзину: «Давай еще одну испорчу». Больше, как правило, не предлагают. И на нашей кафедре, между прочим, никто не курит.

«ЗОЖ»: Ну, допустим, без курения действительно можно обойтись. Но без ви­на... Бывают ведь случаи, когда все поднимают бокалы, и остаться в стороне просто неприлично. Что делаете вы в таких случаях?

УГЛОВ: Я убежденный и последовательный сторонник абсолютной трезвости. Когда обычай требует поднять бокал, я поднимаю свой, наполнив его фруктовым соком. С детских лет я наблюдал, какие тяжелые последствия влечет за собой потребление ал­коголя. Сколько сломанных судеб, погибших талантов, преждевременно оборвавшихся жизней... К тому же, согласитесь, пьющий хирург — это абсурд. Через некоторое время у такого горе-специалиста начнут трястись руки, и он в лучшем случае будет способен помыть пол в операционной.

«ЗОЖ»: Однако существует устойчивое мнение, что умеренные дозы алкого­ля, особенно виноградного вина, полезны для здоровья. Считается, что они укрепляют сердце, сосуды и продлевают жизнь. В таких странах, как Франция, люди реже умирают от сосудистых заболеваний.

УГЛОВ: Зато чаще — от цирроза печени. Между прочим, 80 процентов французов от­правляются в лучший мир именно от этого заболевания. Запомните, что авторы подоб­ных исследований открывают перед вами не всю истину, а лишь ту часть ее, которая им выгодна, а точнее, заказана. Следует твердо усвоить одно: алкоголь в любом виде — яд для человеческого организма. После каждого винопития в мозгу человека остает­ся целое кладбище погибших нервных клеток. Как метко выразился классик, пьянство есть вид добровольного безумия.

«ЗОЖ»: Вы полагаете, что отсутствие вредных привычек играет действитель­но крайне важную роль в деле активного долголетия?

УГЛОВ: В качестве примера приведу недавний случай из жизни. Возвращаюсь с рабо­ты домой и вижу: входит в трамвай действительно очень старый, разрушенный годами человек. Видно, что стоять ему тяжело. Я встал и уступил свое место. Мы разговори­лись, и я спросил его: «Сколько вам лет?». «Шестьдесят два, — отвечает. — А вам?» «А мне девяносто три». Разумеется, он мне не поверил. А дело в том, что человек этот и пил, и курил, я же никогда не позволял себе ни того, ни другого — и вот результат.

«ЗОЖ»: Не так давно мне пришлось услышать, что русский народ в целом склонен к депрессии, и, возможно, это одна из причин, подрывающих здоро­вье нации. Согласны ли вы с этим?

УГЛОВ: Категорически не согласен. Если бы наш народ был поражен депрессией, он бы не смог вынести и малой части тяжелейших испытаний, выпавших на его долю. А вот вредные привычки, в особенности пьянство, действительно подрывают здоровье нации и уничтожают ее генофонд. Им следует объявить беспощадную войну. Трезвость должна стать нормой нашей жизни.

«ЗОЖ»: Федор Григорьевич, я думаю, читателям нашей газеты будет интересно узнать, как любите отдыхать вы и ваша семья, что помогает вам полнее восстановить силы.

УГЛОВ: Все члены нашей семьи очень любят театр, как драматический, так и музы­кальный. Мы стараемся не пропускать премьеры, посещать все интересные постановки. Это общее увлечение очень сближает нас. За последние годы в Петербурге появилось немало талантливых, перспективных драматургов и режиссеров. Впечатления от спек­таклей делают жизнь богаче и содержательнее.

«ЗОЖ»: Хорошо знающие вас люди говорят, что пить вы не пьете ни капли, зато с удовольствием поете. Так ли это?

УГЛОВ: Да, это правда. Мы с женой очень любим петь. Любовь к музыке живет во мне с детства, и слова и мелодии многих русских песен я тоже помню с самых ранних лет. Хорошо пели мои родители, особенно мама. Кроме того, я всегда был неравнодушен к поэзии, много стихов и даже поэмы читаю наизусть. Любимые поэты — Пушкин, Лер­монтов, Есенин. Что еще? С удовольствием отдыхаем в своем загородном доме, топим баню каждую неделю, ходим босиком по снегу, обливаемся холодной водой... Русская баня дает великолепную закалку, оказывает мощное тонизирующее действие. Благода­ря этому мы практически не болеем даже в сезон эпидемии гриппа. Но если вы спроси­те, что по-настоящему держит меня в форме, я, не колеблясь, отвечу: конечно же, лю­бимая работа.

Интервью получилось коротким, потому что Федор Григорьевич торопился на заседание ученого совета кафедры, которое в тот день вел именно он. Однако удалось узнать, что академик Углов продолжает плодотворно трудиться не только за операционным, но и за письменным столом. Сейчас он готовит к пе­чати новую книгу под рабочим названием «Путь к долголетию». Страницы этого труда мы надеемся представить нашим читателям, как только они вый­дут из-под его пера.